Игра воровки. Клятва воина [ Авторский сборник] - Джульет Маккенна

– Они заметили нас. Шевелитесь.

Я потянулся к мечу, но передумал: не хотелось обнажать клинок в храме, не зная, как поведут себя жрецы. Не хватало еще, чтобы нас растерзала возмущенная толпа верующих.

– Проклятие!

Грязно ругаясь, Шив сбросил свое заклинание и стал прокладывать путь к двери. Видя, что он отказался от маскировки, серые плащи сделали то же самое. Я шел замыкающим и услышал сзади возмущенное шипение, а затем крики: это один из эльетиммов ответил на увещевания жреца металлическим скрежетом выхваченного меча. Я оглянулся. Люди спешили убраться с дороги, но толпа была достаточно плотной, чтобы мы могли успеть к двери раньше погони.

– Бежим! – скомандовал я.

Мы бросились вниз по лестнице на сравнительно открытое пространство храмовой площади. Ливак схватила Хэлис под руку, и они вместе не то бежали, не то прыгали. Я с трудом сдерживал злость. Это была именно та ситуация, которой я боялся: или бросить калеку, или всем вместе подвергнуться опасности.

Когда между нами и храмом остался фонтан, я рискнул еще раз оглянуться. Люди в серых плащах разошлись, образуя кордон в толпе. Я зыркнул на другую сторону площади – если это загонщики, то где же охотник с соколом? Машинально положил руку на меч, и перед глазами вдруг все поплыло. Голова закружилась, и я, ругаясь, сжал пальцами виски. А когда открыл глаза, то чуть не задохнулся от охватившей меня паники. Куда исчезла людная городская площадь? Вместо нее был глухой лес, кругом деревья, под ногами – пучки травы, а утренняя суета Релшаза сменилась безмятежным пением птиц да клубящимся туманом.

– Возьми себя в руки! – яростно осадил я себя.

Сзади послышался тихий вздох. В одно мгновение выхватив меч, я резко повернулся, но там никого не было. Я стиснул зубы и сосредоточился на злости вместо страха, и окружающий мир вновь растворился, а когда в глазах посветлело, прямо передо мной возникла Ливак – она смотрела на меня с нескрываемым ужасом. Я проглотил внезапный комок тошноты, чувствуя, как холодный пот струится между лопатками.

– Твои глаза, Раш, твои глаза! Они стали совершенно голубые!

Наши взгляды встретились и застыли. Мы оба вспомнили те черные ямы, в которые превратились глаза Айтена, когда эльетиммский колдун захватил его разум и тело, чтобы всех нас убить.

– Шив, кто-то снова напускает на нас эфирную магию! – визгливо закричала Ливак, уставясь за мое плечо.

Я оглянулся. Погоня приближалась. Мне вдруг кое-что припомнилось.

– Цепи! Шив, Вилтред, их колдуны носили цепи на шее. Видите таких? Нет?

Мы встали посреди суетливой толпы, глядя во все стороны: Хэлис и Ливак – с кинжалами наготове, я – положив руку на меч.

– Там!

Я посмотрел, куда указывал Шив, и сердце екнуло: на другой стороне площади появилась еще горсть эльетиммов, и золото блестело на горле центральной фигуры. Выходит, охотник привел не только загонщиков, но и собак, чтобы приносили ему дичь.

Вилтред глубоко вдохнул и, когда начал вбирать в себя силу, его глаза потеряли фокус.

– Чувствую, без прямых мер нам отсюда не выбраться, – пробормотал он и резко взмахнул руками.

Воздух перед глазами эльетимма вспыхнул и замерцал, ослепляя его. Стоявший рядом с ним островитянин пошатнулся, упал, и даже с такого расстояния было видно смятение на лицах его спутников.

– Воздушная веревка? – добродушно поинтересовался Керрит.

– Вокруг ног, – мрачным тоном подтвердил Шив.

– Может, потом обсудим тонкости магического ремесла? – огрызнулась Ливак.

– Шевелитесь, шевелитесь! – заторопил я их.

Шив без всяких извинений прокладывал дорогу в толпе, и мы быстро двинулись за ним. Увидев впереди еще один серый плащ, Вилтред послал внезапный порыв воздуха, оглушивший этого типа, как дубинка – рыбу. Когда охотник упал, один из сородичей бросился ему на помощь, разбивая строй. Мы тут же ринулись к бреши в кордоне, еще сильнее распихивая народ.

Вдруг старый маг согнулся задыхаясь. Хэлис и Ливак схватили его под мышки, а я огляделся в поисках источника нападения. Один из серых плащей влез на основание фонтана и уставился на нас, губы его шевелились, у ворота блестело серебро. Шив не тратил время на проклятия. Зеленый свет заблестел в его пальцах – длинное щупальце сверкающей воды обхватило колдуна и утянуло в бассейн. Высокая волна взметнулась над основанием; теряющая надежду рука высунулась и снова была увлечена вниз жадными всплесками, окатившими тех, кто стоял рядом. Люди попятились от фонтана, испуганные восклицания резко зазвучали над бормотанием площади. Я шагнул вперед, но наткнулся на застывшего в смущении Керрита.

– Тот человек не творил вообще никакой магии, – оскорбленно пробормотал он и полез в сумку за бумагой и чернилами.

– Позже! – рявкнул я, хватая его за руку. – Вилтред, как ты?

– Уже хорошо.

Но выглядел он совсем нехорошо: губы синюшные, в глазах – боль и ужас.

– Шив! – выдохнула Ливак, и мы разом повернули головы.

Толпа на миг расступилась, выставив напоказ человека с цепью на шее. Расталкивая людей, он направлялся прямо к нам. Все три мага крикнули что-то бессвязное, и эльетимм взорвался в россыпи алых и лазурных огней. Толпа отпрянула от тлеющего трупа, и внезапная паника охватила площадь. Тот, кто прежде толкался, теперь стал отвешивать тумаки, кто прежде шутил, начал ругаться и выкрикивать оскорбления. Шум становился угрожающим, из центра панического бегства понеслись крики, поднимаясь вместе с пылью над усиливающимся топотом подошв по плитам. Нас ударяло со всех сторон, швыряло как краболовные лодки, захваченные зимним шквалом, и я с трудом держался на ногах.

– Мы должны оставаться вместе.

Я ухватился за тунику Керрита и протянул руку Ливак, а та, в свою очередь, схватила под руку Хэлис, расчищавшую себе путь костылем. Шив потащил Вилтреда к нам, пока старик тщетно пытался противостоять толпе.

– Не сопротивляйся, мы должны идти вместе с потоком! – крикнул я ему.

Меньше всего я хотел выделяться в этом сборище. Ни у кого не возникнет сомнений, что именно магия начала панику, и я не хотел, дабы меня поймали на улицах с тремя магами, как только местная Стража примется искать зачинщика.

После таких беспорядков непременно останутся трупы, и релшазцы захотят кого-то обвинить. Когда город избирает своих чиновников, ублажение толпы выглядит важнее правосудия, а меня совсем не радовала перспектива оказаться у позорного столба лишь за то, что у меня тормалинский акцент.

Так как мы все равно направлялись к боковой улице, поток бегущих релшазцев вскоре вынес нас в сырой проход между трактиром и игорным домом. Я оглянулся – проверить, все ли целы, – но увиденное было не слишком утешительным. Вилтред все еще не оправился от нападения, а Ливак поддерживала Хэлис, потерявшую в давке свой костыль.